• Изображения

  • Саша
    Саша

    "Разговор двух классиков". Продолжение.

    Друзья,  предлагаю на ваш суд продолжение разговора двух известнейших фотографов Франка Хорвата и Жанлу Сьеффа. В этой части речь идет об особом отношении Сьеффа как фотографа к поверхности, а также о серии ню, благодаря которой он стал особенно знаменит. Иллюстрации я подбирала соответствующие разговору. Там есть и поверхности и ню. Так что, если кого-то оскорбляет вид обнаженного тела, лучше не кликайте на статью, чтобы не быть шокированными. Я же со своей стороны не собиралась никого эпатировать. Для искусствоведа обнаженная натура дело привычное и негативным моральным оценкам не подлежащее. Короче говоря, обнаженные тела Сьеффа я рассматриваю в одном ряду с «Венерой Милосской», «Венерой » Веласкеса или «Давидом» Микеланджело.   

     

    Это интервью – фрагмент книги Франка Хорвата «Entre Vues», изданной в 1990 г. Перевод я сделала по электронной версии книги.

     

    Франк Хорват: Если бы мне пришлось говорить о тебе с кем-то, кто никогда не видел твои фотографии, я бы сказал: "Сьефф - фотограф поверхностей. Он любит поверхности, он остается на поверхности, первый объект его фотографий -  поверхность. "

     

    Жанлу Сьефф: Совершенно верно. Возможно, ты говоришь об этом с некоторым снисхождением, но, я принимаю эту характеристику совершенно положительно. Очевидно, что "довольствоваться поверхностью" может звучать как критика. Но, насколько мне известно, есть сомнения по поводу того, что называют "содержанием" фотографии. Я считаю, что в девяти случаях из десяти намерения автора не имеют ничего общего с тем, что воспринимается зрителем. Импульсом, который побудил вас сделать изображение, вы не можете поделиться с другим, даже если вы постараетесь его объяснить. Остается поверхность, которая будет жить своей собственной жизнью, которая будет принадлежать всем. Я принимаю эту поверхность.

     

    Франк Хорват: Но поверхность может ассоциироваться с поверхностностью ...

     

    Жанлу Сьефф: Я не отвергаю даже поверхностность. Я абсолютно поверхностен, я знаю. Но я считаю, поверхностность может быть очень серьезной вещью. Она может стать защитой от тяжеловесности мышления.  

     

    Франк Хорват: Раньше это называли дендизмом.

     

    Жанлу Сьефф: Совершенно верно. Нет ничего более серьезного и более интенсивного, чем поверхностность денди. Я не денди, увы! Но я бы хотел им быть.

     

    Франк Хорват: Я хотел бы вернуться к вопросу о легком и трудном. Я понимаю, что, в соответствии со своей ролью "поверхностности", ты вечно твердишь: "Для меня фотография - это легко". Но я не могу отделаться от вопроса, действительно ли это так просто, как ты изображаешь.

     

    Жанлу Сьефф: Заглянул ли я действительно в самую глубину души ... - я не знаю, я не уверен, что сегодня я мог бы найти в себе запретную тему, где я избегал рыть в течение тридцати лет. Может быть, я только пытаюсь убедить себя, что это легко? Я хочу, чтобы это было легко, и я делаю все возможное, чтобы моя работа казалась легкой. Если бы я вдруг обнаружил, что то, что я делал всю свою жизнь было нелегким, и что я только убеждал себя в легкости фотографии, это могло бы привести меня к кризису. Опять же, невозможно мерить все работы под один аршин. Я участвовал в разных проектах. Иногда я тратил время на изображения, которые не кажутся мне важными. Я делал их только для того, чтобы заработать себе на жизнь. Может быть легкость – это мое алиби, чтобы найти интерес и к такой работе? Мне бы не хотелось говорить: "Эту фотографию я сделал для себя, а эту – для клиента." Я часто говорю, что заказы – это не что иное, как мои собственные проекты, за которые мне заплатили. Что, конечно, одновременно и правда и не совсем.

     

    Франк Хорват: Это суждение других, которое может ввести в заблуждение нашу собственную оценку. Сейчас я готовлю выставку своих коммерческих работ, и мне трудно сделать выбор: суждения других настолько слились с фотографиями, что мне уже сложно увидеть их объективно.

     

    Жанлу Сьефф: За тридцать пять лет моей карьеры, мое отношение к мнению других несколько раз менялось. Когда я начинал, оценка других очень влияла на меня. Фото казалось хорошим или плохим в зависимости от того, что о нем говорили люди, или как оно повлияло на их жизнь. Теперь это почти наоборот: когда фотографию, которой я доволен, не воспринимают, я чувствую себя почти уверенным, что это как раз то, что надо!

     

    Франк Хорват: Общественное мнение часто отвергает твои фотографии?

     

    Жанлу Сьефф: Довольно часто. Но теперь я прислушиваюсь к этим оценкам с точностью до наоборот. Когда люди, которых я не уважаю, в восторге от моей работы, это повод бить тревогу. Я говорю себе, что я сделал какую-то ошибку.

     

    Франк Хорват: Например, когда они радуют публику, которая ищет легкой эротики - как читатели «Photo»?

     

    Жанлу Сьефф: Мы не несем ответственности за то, что люди чувствуют перед нашими фотографиями.

     

    Франк Хорват: Но ты не можешь игнорировать их мнение?

     

    Жанлу Сьефф: Я знаю, что эти журналы создали мне своеобразный имидж. Благодаря им многие люди не переносят мою работу. Не зная меня, не увидев другие фотографии. Для них, моя работа - "задницы и широкий формат." Я не жалею, что сделал эти фотографии, но я не должен был позволять, чтобы их использовали таким образом. Я был удивлен, обнаружив, что из трехсот моих фотографий, выставленных в Musée d'Art Moderne, семьдесят были ню и пятьдесят шесть - снятые широким форматом. Люди хотят классифицировать художника и навешивают ярлыки. Это как будто однажды ты вышел с красным галстуком, а потом все вспоминают тебя, исключительно как того, кто носит красный галстук, хотя на самом деле ты вообще не носишь галстук. Тем не менее, я не открещиваюсь от этих фотографий. Это мои фотографии. На самом деле они изображают не «зад», а низ - для меня это принципиальная разница.

     

    Что касается широкого формата, я должен признаться, что страдаю клаустрофобией. Я купил свой первый широкоформатный объектив в Танжере, в 1954 году, потому что он был самым недорогим. Именно с его помощью я открыл для себя своего рода новое виденье, которое позволило мне легче дышать. Чисто физическое ощущение. Это не помешало мне работать целый год в режиме крупного плана - со 180-миллиметровым объективом. Вы можете менять фокусное расстояние, как автомобили, проветрить голову, чтобы увидеть вещи по-другому. Мало-помалу, вы адаптируетесь к тому, как такие технические моменты влияют на работу. Если кто-то, тридцать лет спустя, сравнит ваши фотографии, сделанные при помощи широкоформатного, телеобъектива или Rolleiflex, он все равно будет ощущать ваш собственный стиль - непрерывность того, что вы хотели сказать и ваш способ сказать это.

     

    Франк Хорват: Это правда, что твои фотографии узнаваемы, и не только потому, что они черно-белые и сняты с широкоформатным объективом. Их легко узнать по важной роли, которую в твоих портретах играет кожа и поверхность в твоих ландшафтах. Другими словами: по непрерывности критериев. Я полагаю, что, во время редактирования, ты говоришь себе что-то вроде: "это - работает" или "это - не так".  Но, что работает? И как же это на самом деле работает?

     

    Жанлу Сьефф: Этот вопрос тревожит меня уже тридцать пять лет. Ты говоришь: "это - работает". Я предпочитаю говорить: "это - удовольствие." Не только при редактировании. Вдоль моей лестницы идет стена, белая стена. И каждый раз, когда я иду вниз по ступенькам, я прикасаюсь к ней, и чувствую удовольствие. Ощущение краски приятно. Опять что-то чисто физическое. Для меня имеет значение качество поверхности, будь то кожа, небо или стена. Кроме того, есть много других параметров: вовлеченные субъекты, эмоции, организация форм. «Точка, в которой сходятся все элементы», если использовать выражение Картье-Брессона. Каждая деталь может работать на то, чтобы целое приносило удовольствие, а может разрушить гармонию. Как ты сам хорошо знаешь, мы можем забраковать фото, даже если оно показывает то, что мы задумали, просто потому, что рука немного шевельнулась, или дерево оказалось не в нужном месте. Для многих людей такие причины могут показаться глупыми или бесполезными, но для нас они важны. Бегло просматривая отснятый материал, мы сразу признаем хорошую фотографию. Хотя позже, чтобы достичь уверенности в нашем выборе, нам могут потребоваться  часы.

     

    Франк Хорват: Но, ты чувствуешь хорошую фотографию в момент, когда ее снимаешь?

     

    Жанлу Сьефф: Редко. Иногда я чувствую, что это происходит. Это - как едва различимый звук. Но не часто. Чаще фото, которое, должно было быть хорошим, оказывается незначительным. Или кадр, в который я не верил, говорит все, что я хотел сказать. Мы все время ошибаемся!

     

    Франк Хорват: Как будто, в момент съемки, мы вынуждены работать сквозь своего рода слепые пятна, или путаницы.

     

    Жанлу Сьефф: Но, несмотря на это, мы несем ответственность за результат. Только это происходит так быстро, в такую неразличимо малую долю секунды, что у нас не остается времени на то, чтобы осознать это.

     

    Jeanloup_Sieff_English_Back_Paris_1969.jpg

    jeanloup-sieff-nu-noir.jpg

    london_photography_courses_Jean_Loup_Sieff_15.jpg

    028-jeanloup-sieff-photographer-the-red-list.jpg

    042-jeanloup-sieff-photographer-the-red-list.jpg

    394135ea78d871457c23cb8c5f57dbef.jpg

    e5f660a11464ea6386e024e738ddc7a9.jpg

    Jeanloup Sieff.jpeg

    Jeanloup Sieff.jpg





    Отзывы пользователей


    Нет комментариев для отображения



    Создайте аккаунт или войдите для комментирования

    Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

    Создать аккаунт

    Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!

    Зарегистрировать аккаунт

    Войти

    Уже зарегистрированы? Войдите здесь.

    Войти сейчас


  • Похожие публикации

    • Автор: Саша
      "О чтении". Недавний проект Стива Маккарри

      Просмотреть полную статья
    • Автор: Саша
      Друзья, хочу поделиться с вами фотографиями из недавнего интересного и жизнеутверждающего проекта известнейшего фотожурналиста Стива Маккарри. Проект посвящен чтению. Человек поглощенный чтением открывается для фотографа с совершенно новой стороны. Он не пытается позировать и представлять что-то, чем не является. У снимков, как правило, спокойное, гармоничное настроение. Глаза опущены, но зритель остро чувствует состояние запечатленного человека. Читая, человек расслабляется и может принимать весьма необычные позы (как например читающий вверх ногами у голубой двери). Зато они совершенно не отмечены той скованностью и недоверием, которые иногда провоцируются самой ситуацией фотографирования.
       
      Для меня всегда самое интересное – услышать голос автора. Поэтому предлагаю вашему вниманию перевод небольшой статьи Стефании Чанг с воспоминаниями о проекте самого Стива Маккарри.
       
      Фотожурналист Стив МакКарри известен беспрецедентным талантом улавливать личные и интимные моменты. Зачастую его фото, даже снятые в суете повседневной жизни, выявляют уязвимость его моделей. Самый известный кадр МакКарри стал знаковым для фотожурналистики всего ХХ века. Это фотография афганской девочки 1985 года. Портрет  12-летней беженки с пронзительными зелеными глазами, смело глядящими в камеру.
       
      С тех пор МакКарри продолжает путешествовать по всему миру и документировать частные и универсальные моменты в культурах, предельно далеких друг от друга по географии. Один из его последних проектов, названный «О чтении», представляет феномен чтения как то, что объединяет людей всего Земного шара. Фотографии этой серии воспевают вневременной и эмоциональный момент, когда человек при помощи книги погружается в мир воображения. Его очарованию поддаются представители всех обществ, возрастов и полов. МакКарри демонстрирует красоту и соблазнительность чтения, гармонию и спокойствие, которое оно способно подарить минутам одиночества. Поглощенные чтением модели фотографа обретают особую волшебную ауру, ведь читая, мы переносимся в другой мир.
       
      Все читают, от двух камбоджийских монахов перед историческим храмом, до индийского таксиста, улучившего момент для любимой газеты во время короткого перерыва. МакКарри подчеркивает, что акт чтения стирает все границы. "Мы все разные, но в главком мы все одинаковы. Забавная штука, где бы я ни был, хоть среди самых богатых и влиятельных людей мира и интеллектуальных сливок общества, хоть на улице в третьем мире, хоть среди самых обделенных обществом людей, чтение действует на людей одинаково. Это общее звено в нашей общей человечности. Вещь, которую все мы делаем независимо от того, где мы находимся в экономическом или социальном отношении ".
       
      МакКарри рассказывает о своем проекте: "Чтение предлагает время для созерцания. Даже в Афганистане, где перед людьми стоял вопрос выживания, я замечал читающих людей в самых неожиданных обстоятельствах. "У меня есть фотография человека в крошечном подполье, которое он использовал как бомбоубежище, чтобы скоротать время в этой каморке, он читал. Чтение -  это часть жизни любого грамотного человека на Земле. Это одна из вещей, которые соединяют нас всех вместе. Оно напоминает нам о том, что мы все люди".
       
      Фотографии МакКарри изначально были вдохновлены работами легендарного венгерского фотографа Андре Кертеса, который также опубликовал коллекцию изображений, посвященную читающим людям. "Эта книга", - объясняет МакКарри, - "это моя дань таланту Кертеса, его влиянию и его гению". Фотографии МакКарри охватывают почти четыре десятилетия его путешествий. Эта конкретная серия теперь опубликована в виде книги, с предисловием  известного писателя Пола Теру, который также отдает дань уважения вдохновляющей силе печатного слова.
       



















    • Автор: Саша
      Друзья, сегодня хочу поделиться с вами открытием творчества удивительной американки Николь Бертон, которая часто публикует свои фотоработы под ником parvana. Ее фотографии волшебные, загадочные и очень женственные открывают для зрителей дверь в мир волшебных сказок забытых легенд и магии. Иногда образы ее фотографий пугают. Но, мне кажется, этот эффект возникает не от желания автора потрясти зрителя (как в фильмах ужасов), а от того, что художница пытается исследовать тайные пространства своего я, в которых и сама себя чувствует немного неуверенной в себе и пугливой. Как ребенок в зачарованном лесу.
       
      Девичья фамилия Николь Бертон – Эрфан. Она выросла в поликультурной среде. Николь родилась в Пало-Альто в  Калифорнии. Ее отец – иранец, а мама из Сальвадора. В разноязычном и разнокультурном окружении замкнутая девушка всегда чувствовал себя чужой. Отпуская свое воображение, она создает мощные образы, отражающие ее глубокую любовь к сказкам и всему чудесному. Сейчас фотограф живет в Северной Калифорнии. Магические работы Николь навеяны удивительными ландшафтами этой местности. Ее фантастические пейзажи становятся отправной точкой загадочных образов. Еt героини – девушки в романтических платьях – лесные колдуньи, духи леса, девушки, заблудившиеся в лесу, чарующие и околдованные. На самом деле все это портреты души самой Николь.  В блоге фотографа об этом говорится так: "Николь вдохновляют на творчество не только прекрасные ландшафты окружающие ее, но тени ее собственных мыслей и страхов, которые ей пришлось преодолеть в жизни. Используя свой рост и борьбу в качестве музы, Николь стремится вызывать эмоции и дать возможность людям встретиться со своими страхами и увидеть красоту в борьбе ».
       
      Лично на меня сильнее всего действует серия с воронами.  И, возможно, самая сильная из них - женщина в платье из черных перьев с клеткой вместо головы. Название этой фотографии – «Быть в клетке и быть свободной». Человечество долгие века ищет свободу. Часто эти поиски превращаются в борьбу за независимость от кого-то или чего-то. Но главная клетка, сдерживающая каждого человека- это мы сами. И избавиться от нее можно только по крупицам (по одному перышку) расставаясь с собой привычным. Также очень интересна и эмоционально насыщена работа «Сдавшаяся», где девушку в светлом платье уносят вороны. Здесь моделью выступает сама фотограф. Мне кажется, такой выбор не случаен. Это какое-то очень личное переживание. Удивительно точная как по цветовому решению и композиции, так и по звучанию в целом  работа «Сад темных дупл», где изображена девушка в красном платье с вороном на руке. Для меня очень созвучно это ощущение, что наша повседневная жизнь скользит по поверхности, и лишь немногим людям в небывалые минуты открывается вся действительная глубина жизни. Как будто мы легенькие водомерки, бегущие по спокойным водам пруда, и принимающие блеск отражений за то чем является вода, но забывающие о темных глубинах.  Тьма каждого дупла в этом замшелом саду также завораживающе притягательна как тьма водных глубин, скрывающая дно, и делающая водоемы бездонными.  В этой тьме растворяется наша убежденность в своем всеведении и таится опасность загадка и чудо.
       
      О чем-то очень важном для каждой женщины и неизъяснимом говорит и серия с бабочками.  Самая выверенная по композиции и цвету работа,  где изображена женщина, роняющая птичью клетку, из которой вылетают бабочки, называется «Вместилище волшебных сказок». Эта фотография особенно ярко дает зрителю почувствовать, что он присутствует при свершении чуда. Дверка клетки открывается, и на свободу вместе с эфемерными бабочками вылетают сны, мечты и сказки. Это же ощущение чуда, хоть и в более минорном звучании передает работа «Колыбель матери земли». Полуобнаженная девушка в пышной черной юбке сложила руки на груди. Этот странный жест для меня выражает ощущение близости и отстраненности. Девушка как будто ежится, чувствуя лес вокруг себя. Где заканчивается ее пространство  и начинается пространство леса? У ближайшего дерева, или прямо у обнаженной кожи? А, может быть никакого «своего» пространства не существует, человек полностью поглощен лесом как каждая травинка и живая душа его обитателей?
       
      Возможно, самая оптимистичная серия в мягких оттенках сепии – «Не сдаваться» (девушка с воздушным змеем) и «Пойманные мечты» (сказочные стрекозы, которых девушка ведет за собой на ниточках). Возможно, вместе с ними можно рассматривать и «Современную Матушку Гусыню». Все три работы выражают нежность, мечтательность и смотрят вперед. Ведь чересчур погрузившись в самоанализ можно не найти в себе силы, чтобы двигаться дальше. А эти работы дают эмоциональный заряд снова и снова запускать в небо воздушный змей своей мечты.
       
      Николь Бертон фотограф с ярко выраженным чувством цвета и композиции. Ее работы подкупают искренностью, вдумчивостью и глубиной. И, мне кажется, что все они говорят примерно об одном, о поисках чудесного в своей жизни. Но это не те чудеса, которыми легко помыкают феи и колдуньи, что могут происходить по взмаху волшебной палочки или по щелчку пальцев. Это чудеса, которые гораздо больше человека и поэтому способны его изменить.















       
    • Автор: Саша
      В прошлой статье я рассказывала о фотографии удивительного испанца Чама Мадоза и говорила об очевидной связи его работ с идеями сюрреализма.  Сегодня хочу обратить особое внимание на схожесть многих его образов с образами одного из сюрреалистов – Рене Магритта. Эта схожесть настолько бросается в глаза, что не может быть случайной. Но это и не заимствование (или, проще говоря, не воровство). Мадоз намеренно использует самые узнаваемые образы Магритта и самые важные для самого художника, но идея композиции у него совершенно другая. Он будто бы вступает в диалог с Магриттом посредством образов, продолжает или развивает его мысль. При этом фотограф создает не менее емкие символы, чем художник.  Я позволила себе собрать здесь несколько иллюстраций, где фотографии Мадоза соотнесены с картинами Магритта, к которым они обращаются в этом «диалоге без слов».  Думаю, они будут многим интересны. Но кроме картинок я хочу предложить и свои попытки подумать,  добавляет ли такое соседство новых способов понимания фотографии Мадоза.
      Рене Магритт – художник из Бельгии. Удивительно, что для мадридца Мадоза ближе оказался спокойный и отстраненный стиль Магритта, чем страстные и безумные сюжеты Сальвадора Дали.  Несмотря на несомненную принадлежность сюрреализму, Рене Магритт всегда производил впечатление одиночки. Его приемы, образы и темы не имеют практически ничего общего с живописью Дали и Макса Ернста. К тому же он весьма прохладно относился к  теоретизированию сюрреалистов по поводу психоанализа.  Магритт изображал не сны или некие порождения подсознания, а идеи, символы или даже самую что ни на есть реальную жизнь, просто увиденную с очень субъективной позиции.  Сам художник свое искусство называл даже не сюрреализмом, а «магическим реализмом».  О том, что побуждало его создавать именно такое искусство, Магритт писал так: «Мир хоть и реален, но непостижим. И основа его — часто не та, какой видится». Думаю, Чема Мадоз подписался бы под каждым словом.
      Названия картин Рене Магритта —особая грань его таланта. "Свершение невозможного", "Препятствие пустоты",  "Империя света" — поэтичные и загадочные, они редко говорят о том, что изображено на картине. Скорее, они являются еще одним произведением, дополняющим и раскрывающим живопись. "Названия выбраны таким образом, что они не дают поместить мои картины в область привычного, туда, где автоматизм мысли непременно сработает, чтобы предотвратить беспокойство", — писал Магритт.
      В 1948 году он создал картину "Вероломство образов". Она стала одной из самых обсуждаемых и спорных его картин.  На ней весьма реалистично изображена  курительная трубка, а подпись гласит: "Это не трубка".  "Эта знаменитая трубка. Как люди попрекали меня ей! И все же, вы можете набить ее табаком? Нет, это ведь всего лишь изображение, не так ли? Так что, если бы я написал под картиной: "Это трубка",- я бы солгал!" — говорил художник. Впоследствии Магритт несколько раз воспроизводил свою "не трубку" в других картинах.
      Мадоз фотографирует трубку с просверленными в ряд дырочками, что делает ее похожей на саксофон, ну или на какую-то фантастическую свирель. У него трубка тоже не совсем трубка, хотя этот эффект достигается при помощи не слов, а самого образа.  Кстати, с названиями и подписями у Мадоза своя история. Подавляющее большинство его работ на выставках носят подпись «Без названия». Здесь видна некая осознанная борьба с недоразумениями, которые могут привнести слова.
      Еще один образ, прочно ассоциирующийся с Магриттом – зеленое яблоко. После «не трубки» художник написал картину с похожим сюжетом «Это не яблоко». Яблоко кочует по многим его работам. Наиболее известная картина с яблоком – "Сын человеческий" (1964). Рене Магритт писал картину как автопортрет, где фигура мужчины символизировала современного человека, утратившего индивидуальность, но оставшегося сыном Адама, отсюда яблоко, закрывающее лицо. Яблоко не только скрывает лицо изображенного человека, но и закрывает мир от его глаз. Возможно, это о том, как надуманное и человеческое, навязанное человеку социумом, застит нам глаза и закрывает Великое и Божественное. И мы утрачиваем способность различать стремления  нашей души.  
      У Мадоза внутри яблока обнаруживается листок. И хотя этот лист, скорее всего, принадлежал некому плющу, у меня он ассоциируется с фиговым листом, которым наш праотец по библейской истории прикрывал наготу, познав стыд. Это - продолжение разговора о природе человека и его попытках отречься от своей истинной сущности.
      Самый любимый образ Мадоза в этом причудливом диалоге сквозь время – это небо Магритта. В моей подборке целых три фотографии изображают его. Небо с облаками -настолько естественный образ как для живописи, так и для фотографии, что трудно представить, как можно сделать его своей визитной карточкой. Однако, небо Магритта нельзя перепутать с чьим-то другим. Оно живет своей собственной жизнью, автономной от человеческого мира. Как в картине «Империя света», где люди до смешного старательно пытаются осветить свой мрачный мир при помощи искусственного света, в то время как над головами у них ясное полуденное небо. Мадоз, как видим, тоже любит играть с образом облака и неба. То у него в пушистое как клочок ваты облако воткнута иголка, то облако нарисовано водой, ведь что есть облако, если не вода? Самые глубокие ощущения у меня вызывает его фото с облаком в клетке. Можно сказать, что птичью клетку ему тоже подсказал Рене Магритт, который писал: «Между некоторыми образами существует тайное родство, то же самое относится и к предметам, которые отражаются в этих образах. Вот как это происходит. Мы привыкли видеть в клетке птицу; нам станет интереснее, если вместо птицы поместить туда рыбу или башмак; но эти образы, хотя и интересны, к сожалению, случайны, произвольны. Однако, можно придумать такой образ, который и это испытание выдержит, потому что будет точным и окончательным: это образ яйца в птичьей клетке…».  Кусочек неба в птичьей клетке – это тоже очень емкий образ, пожалуй, даже лучше чем яйцо, и очень в духе самого Магритта.  Человек думает достичь неба при помощи мастерства или умений, завладеть облаками, посадить их в клетку цивилизации. Но дотронуться до неба можно только сдавшись на его милость. Оставить все наносное, и в самой искренней своей глубине встретиться с истинным собой, кусочком неба, который есть в каждом из нас.
      При создании этой статьи я пользовалась цитатами из статьи Натальи Поповой «Секрет Рене Магритта» и информацией из статьи Беллы Адцеевой «Вероломство Магритта».
       








  • Вспоминаем ранние статьи

  • Главы учебника

  • Сейчас в сети 1 пользователь, 0 анонимных, 2 гостя, 4 робота (Полный список)

    Поисковые роботы онлайн:

  • Статьи в разделах

  • Топ награжденных

    На этой неделе никто не получал наград

  • Последние сообщения форума

    • 10

      в: Разное

      Купила два года тому назад хлебопечку Самсунг и вы знаете пользуюсь и по сей день, а вот мультиварка стоит пылью припадает, каждому своё. Действительно сейчас магазинный хлеб стал довольно таки странный и на вкус и на состав, поэтому приучила себя с утра пораньше ставить хлеб, как-то не успела поставить, зашли с мужем в маркет купили магазинный, целых три дня ели булку, отвыкли от вкуса, а домашний нам нравится, планируем выпекать и дальше.
    • 13

      в: Люди и отношения

        Не нужно так идеализировать советское кино, тогда тоже снималось куча всякого шлака в пропагандистских целях на выделенные деньги. И многие хорошие фильмы были сняты не благодаря, а вопреки. Сейчас в передачах часто показывают, сколько режиссеры вырезали из фильмов, чтобы цензура одобрила показ.
    • 1

      в: Разное

      А я, несмотря на свою молодость, верю в целебные свойства многих растений и настоев из них. С далекого детства помню баночки с настойками из цветов каштана, японской софоры, крапивы и мазь от ожогов. Эти рецепты передаются в нашей семье по поколениям. Так, например настойка из каштана снимает не только усталость ног, но и помогает при варикозе. Мазью, главная составляющая которой, пчелиный воск, моя бабушка вылечила ни одного человека. Я и сама пользуюсь бабушкиными заготовками и верю в их помощь.
    • 2

      в: Люди и отношения

      Женский алкоголизм прогрессирует быстрее, чем мужской. И выйти из него значительно сложнее. Как правило, все истории заканчиваются одним и тем же - летальным исходом. Раз ваша свекровь не осознает что она погибает и не желает лечиться, значит попробуйте народные средства. Найдите бабку, подсыпайте ей в пищу тетурам. Обязательно сами сходите на консультацию в наркологический диспансер в анонимный кабинет, возможно врач вам даст какие-нибудь рекомендации. Но только что-нибудь делайте, не ждите пока наступит конец. 
    • 4

      в: Люди и отношения

      Вы внимательно присмотритесь к ситуации,  может, не только ваша соседка интриганка, а и жена тоже.  Может, этим двум бывшим подругам просто стало скучно жить. И они таким образом хотят хоть немного разнообразить жизнь? Женщины часто так себя ведут. Я думаю, что они со временем сами разберутся. Вы, самое главное, не лезьте в женские проблемы. Вы же мужчина. 
    • 9

      в: Путешествия

      Люди всегда для них только для того что бы получить  прибыль! Другое дело когда Вы летите компанией Lufthansa! Вот где комфорт и забота о каждом пасажире! Нашим еще далеко до немцев, а жаль, что такая великая страна не может сделать что то дествительно качественное для своих людей! 
    • 5

      в: Люди и отношения

      День Учителя ... честно сказать праздник этот никак не праздную. Школа давно закончена. Многих уже не помню. Единственной учительницей, которая запомнилась - стала учитель физики в 9-10 классе. Кто бы сказал, что физика могла стать интересной - никогда бы не поверил! Причем для ВСЕГО КЛАССА. 
       А вот именно так и было. Тогда нас из пяти 8-ых классов 9-ых классов оставалось два. Остальные разошлись по техникумам или училищам. Так вот физику у нас преподавала директриса школы. Но методы её обучения в корне отличались от других (ну а кто бы ей что мог сказать).  Ни до неё ни после нигде и никогда я с таким не сталкивался.
      Так вот, учебник мы использовали только чтобы переписать тему урока, посмотреть картинки, схему опыта. Всё остальное (текст) мы ЗАПИСЫВАЛИ с её слов (она диктовала нам из своего конспекта).Так и говорила - отвечать будете по тому материалу, который я вам продиктовала. И все эти непонятные темы ВСЕ знали назубок!  Даже "двоечники"! Настолько всё было доступно и "человеческим" языком. 
       Даже когда поступал в институт преподаватели удивлялись - откуда я так хорошо знаю физику? И когда я показал свои конспекты (за 9-10 классы) - то попросили ПОДАРИТЬ им, если они мне не нужны больше. Что я и сделал с удовольствием (может кому-то это принесло пользу).
       Вот такая у нас была Учительница! 
    • 8

      в: Творчество

      Очень понравилось фото сделанное на мраморном каньоне! Очень красиво Андрей!
    • 7

      в: Люди и отношения

      У меня бывает по разному! Иногда хочется посидеть с самыми близкими людьми в кругу своей семьи! А иногда хочется взять бутылочку чего то вкусненького и посидеть одному в каком нибудь кафе, выпивая понемногу, пускать дым хорошей сигары и обдумывать прошедший год! Что сделано, какие успехи, какие ошибки! Подумать о планах на будущее! Понаблюдать с улыбкой на молодых людей, на их беззаботность, вспомнить каким был я в их возрасте!  
      Вот как то так!
  • Сообщество в Facebook