• Изображения

  • Саша
    Саша

    "Разговор двух классиков". Перевод с английского разговора Франка Хорвата и Жанлу Сьеффа.

    Друзья. Хочу поделиться с вами еще одним интервью. На этот раз я обратила свой переводческий взор на разговор двух классиков фотографии Франка Хорвата и Жанлу Сьеффа. Судьба этих двух фотографов во многом похожа. Мне кажется, этот разговор интересен, потому что в нем искренне раскрываются два удивительных человека.  Они не только делают необычайные фотографии, но и сами они необычайны. Прочитать их разговор – значит увидеть, как они думают, а думают они совершенно нестандартным образом: красиво, хлестко и не прямолинейно. Пока я перевела только начало. Если понравится, в будущем переведу середину и конец. Мне кажется довольно естественным такое разделение, потому что в этом длинном интервью фотографы обращаются к нескольким важным темам. В отрывке, который я предлагаю сегодня, – это природа фотографии, легко ли сделать настоящее фото. 

     

    Ведет интервью Франк Хорват – итальянский фотограф хорватского происхождения. В начале 1950-х годов он много путешествовал, его фоторепортажи печатались в ведущих журналах по всему миру. В 1955 году Франк Хорват переехал в Париж и стал работать в мире моды и рекламы. Он принес в модную фотографию репортажный стиль: снимал 35-ти миллиметровой камерой в реальных жизненных ситуациях, с реальным освещением.

     

    Его визави в этой беседе Жанлу Сьефф. Классик портретной, арт- и фэшн-фотографии. Родился в Париже, родом его семья была из Польши. В 1956 году Сьефф начал работать как фэшн-фотограф, а в 1958 он присоединился к агентству Магнум (Magnum). Работая на них, он побывал в Италии, Греции, Польше, Турции. Затем на некоторое время переехал в Нью-Йорк, где работал для Эсквайр (Esquire), Гламур (Glamour), Воуг (Vogue), Харперс Базар (Harper's Bazaar), став очень известным в Америке.

     

    Франк Хорват: Эта книга будет как семейная история. Мы все зависим немного друг от друга. Нас объединяет общий опыт, мы повлияли друг на друга, особенно мы с тобой. В Париже мы начинали в то же время, с теми же журналами. В Нью-Йорке мы делили студию. Мы оба работали для Magnum и оставили его в одно и то же время. У нас похожая специализация или, вернее мы отказались специализироваться практически одним и тем же образом. Только позже, после 1960-х годов, наши пути разошлись. Иногда я критиковал ваши работы. Вероятно потому, что я ожидал, что они будут похожи на мои собственные: только те, кто разделяет общую религию могут обвинять друг друга в ереси.  Большая удача – встретить человека близкого тебе, ведь узнавая другого узнаешь себя. Вот почему я должен начать с одного из не многих расхождений между нами. Это - вопросы легкости и трудности в фотографии. Мы оба знаем, что нет ничего проще, чем фотографировать, и что это - в то же время безумно сложно. Но я, как правило, делаю акцент на трудности, в то время как вы, как представляется, делаете это без усилий. Фотография и вправду дается вам настолько легко?

     

    Жанлу Сьефф: Мне нравится говорить, что я ленивый человек, который работает по восемнадцать часов в сутки. Это скорее всего про лёгкость фотографии. Мне все кажется легким, кроме трудностей в человеческих отношениях, особенно в нашей профессии. Я люблю работать быстро. Мне нравится ощущение, что я могу решать проблемы быстро, несмотря на то, что позже может оказаться, что я был неправ. Я не просыпаюсь по ночам от мучительного вопроса: "Был ли я прав? Или надо было сделать по-другому?" У меня есть уверенность, что монета всегда будет падать той стороной, которая мне нужна. Но это не значит, что я не придаю большого значения тому, что я делаю.

     

    Франк Хорват: Вам легко найти и сделать фотографии, которые будут радовать и автора и зрителя. Но пятьдесят, сто или двести фотографий, которые выживут в конце жизни, можно ли сказать, что они были легко сделаны?

     

    Жанлу Сьефф: Вот в чем разница между нами! Мне плевать, что выживет! Я никогда не думал о строительстве памятника своей славы. Я делаю фото, потому что они приходят и потому, что я люблю делать их. Есть предметы, которые я хочу показать,  другие - меня не интересуют; есть фотографии, которые я не знаю, как сделать, хотя я сожалею об этом, и восхищаюсь теми, кто их делает. - Куделка, например. Я не могу жить жизнью Куделки, что не мешает мне восхищаться его фотографиями. Но я совершенно безразличен к вопросам того, что может выжить. Если бы мне пришлось, я мог бы сжечь все негативы и все отпечатки! В конце концов, это просто бумага. Даже если некоторые из моих изображений были важны для других людей, так же, как изображения, сделанные другими, были важны для меня. Они существуют в моей голове, как память. Исчезновение оригинала не будет иметь значения. Роль образа в том, чтобы жить своей жизнью независимо от автора. Иногда я вдруг понимал, что изображение, которое я сделал, повлияло на кого-то: что он изменил свое отношение к женщинам, или что это сподвигло его изменить профессию. Это не может не задевать меня. Но тогда я чувствую, что изображение не принадлежит мне, что я сделал его не для этой цели. Я просто никогда не думаю, о том, как повлиять на зрителя.

     

    Фрэнк Хорват: Странно, что когда кто-то говорит что-то верно, и у меня нет никаких сомнений по поводу вашей искренности ...

     

    Жанлу Сьефф: Я совершенно искренен!

     

    Фрэнк Хорват: ... когда выражает идею, даже истинный друг, вдруг его противоположность приходит на ум. Что приходит на мой взгляд в данном случае, является то, что я не знаю другого фотографа, который хранил бы свои отпечатки так тщательно защищенными от пыли и влаги.

     

    Жанлу Сьефф: Это чисто физическая опека. Для меня важна физическая сторона фотографии, независимо от того, что на ней изображено: это - истинное удовольствие смотреть на отпечаток и прикасаться к нему. Может быть, потому, что для меня это – точка отсчета. Мне было четырнадцать лет, когда я оборудовал свою первую фотолабораторию, и у меня с отпечатками появилась связь, немного напоминающая связь скульптора с камнем. Я бы не сказал, что это - то, что больше всего волнует меня, но это - основа.

     

    004-jeanloup-sieff-photographer-the-red-list.jpg

    017-jeanloup-sieff-photographer-the-red-list.jpg

    019-jeanloup-sieff-photographer-the-red-list.jpg

    020-jeanloup-sieff-photographer-the-red-list.jpg

    024-jeanloup-sieff-photographer-the-red-list.jpg

    047-jeanloup-sieff-photographer-the-red-list.jpg

    1960 © René Burri.jpg

    original_13951327231.JPG



    Отзывы пользователей


    Извините, я не четко выразилась по поводу источника этого интервью. Это книга Франка Хорвата "Entre vues", представляющая собой разговоры с известнейшими фотографами и их фото портреты. Книга была издана в 1990 г, а по ссылке, которую я указываю можно найти ее цифровой вариант. Франк Хорват известен не только как фотограф, но и как искусствовед. И в этой книге он выступает в обеих этих ролях. Иллюстрациями для статьи я выбрала работы Жанлу Сьеффа, потому что разговор идет о его фотографии и его отношении к ней.

    Поделиться комментарием


    Ссылка на комментарий
    Поделиться на других сайтах


    Создайте аккаунт или войдите для комментирования

    Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

    Создать аккаунт

    Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!

    Зарегистрировать аккаунт

    Войти

    Уже зарегистрированы? Войдите здесь.

    Войти сейчас


  • Похожие публикации

    • Автор: Алексей Паршин
      Занимаясь поиском имиджа в институтские годы, носил на пальце необычное резное кольцо, на шее цепочку с зодиаком, а уж на рок-концерты добавлялись более брутальные браслеты и массивные значки с черепами. Потом понял, что меня и так любят, снял это барахло и стал подбирать аксессуары уже для делового общения. Так что в обычной жизни ничего лишнего, кроме австрийского перочинного ножа. А на переговоры - статусные очки, часы, ручка, заколка для галстука, ремень, папка с золотым тиснением. А какие предметы вы считаете уместными для дяди средних лет?
    • Автор: lostparadise
        Не взирая на то, что Иероним Босх творил сотни лет назад, его творчество до сих завораживает, и не понятно откуда он черпал идеи для полотен и фресок. Лично я, могу часами рассматривать его творения, и каждый раз нахожу новые детали, заставляющие взглянуть на картину по новому. 
      Да, есть работы классические, но основная масса на грани реальности, тем более для того времени. В деталях, можно найти и корабли пришельцев, и странных существ, да и само видение мира художником вызывает удивление. 
      Хотелось бы услышать ваше мнение по этому поводу. Хочется верить, что не один я увлечен Иеронимом Босхом и Питером Брейгелем
    • Автор: Саша
      Друзья, сегодня хочу поделиться с вами открытием творчества удивительной американки Николь Бертон, которая часто публикует свои фотоработы под ником parvana. Ее фотографии волшебные, загадочные и очень женственные открывают для зрителей дверь в мир волшебных сказок забытых легенд и магии. Иногда образы ее фотографий пугают. Но, мне кажется, этот эффект возникает не от желания автора потрясти зрителя (как в фильмах ужасов), а от того, что художница пытается исследовать тайные пространства своего я, в которых и сама себя чувствует немного неуверенной в себе и пугливой. Как ребенок в зачарованном лесу.
       
      Девичья фамилия Николь Бертон – Эрфан. Она выросла в поликультурной среде. Николь родилась в Пало-Альто в  Калифорнии. Ее отец – иранец, а мама из Сальвадора. В разноязычном и разнокультурном окружении замкнутая девушка всегда чувствовал себя чужой. Отпуская свое воображение, она создает мощные образы, отражающие ее глубокую любовь к сказкам и всему чудесному. Сейчас фотограф живет в Северной Калифорнии. Магические работы Николь навеяны удивительными ландшафтами этой местности. Ее фантастические пейзажи становятся отправной точкой загадочных образов. Еt героини – девушки в романтических платьях – лесные колдуньи, духи леса, девушки, заблудившиеся в лесу, чарующие и околдованные. На самом деле все это портреты души самой Николь.  В блоге фотографа об этом говорится так: "Николь вдохновляют на творчество не только прекрасные ландшафты окружающие ее, но тени ее собственных мыслей и страхов, которые ей пришлось преодолеть в жизни. Используя свой рост и борьбу в качестве музы, Николь стремится вызывать эмоции и дать возможность людям встретиться со своими страхами и увидеть красоту в борьбе ».
       
      Лично на меня сильнее всего действует серия с воронами.  И, возможно, самая сильная из них - женщина в платье из черных перьев с клеткой вместо головы. Название этой фотографии – «Быть в клетке и быть свободной». Человечество долгие века ищет свободу. Часто эти поиски превращаются в борьбу за независимость от кого-то или чего-то. Но главная клетка, сдерживающая каждого человека- это мы сами. И избавиться от нее можно только по крупицам (по одному перышку) расставаясь с собой привычным. Также очень интересна и эмоционально насыщена работа «Сдавшаяся», где девушку в светлом платье уносят вороны. Здесь моделью выступает сама фотограф. Мне кажется, такой выбор не случаен. Это какое-то очень личное переживание. Удивительно точная как по цветовому решению и композиции, так и по звучанию в целом  работа «Сад темных дупл», где изображена девушка в красном платье с вороном на руке. Для меня очень созвучно это ощущение, что наша повседневная жизнь скользит по поверхности, и лишь немногим людям в небывалые минуты открывается вся действительная глубина жизни. Как будто мы легенькие водомерки, бегущие по спокойным водам пруда, и принимающие блеск отражений за то чем является вода, но забывающие о темных глубинах.  Тьма каждого дупла в этом замшелом саду также завораживающе притягательна как тьма водных глубин, скрывающая дно, и делающая водоемы бездонными.  В этой тьме растворяется наша убежденность в своем всеведении и таится опасность загадка и чудо.
       
      О чем-то очень важном для каждой женщины и неизъяснимом говорит и серия с бабочками.  Самая выверенная по композиции и цвету работа,  где изображена женщина, роняющая птичью клетку, из которой вылетают бабочки, называется «Вместилище волшебных сказок». Эта фотография особенно ярко дает зрителю почувствовать, что он присутствует при свершении чуда. Дверка клетки открывается, и на свободу вместе с эфемерными бабочками вылетают сны, мечты и сказки. Это же ощущение чуда, хоть и в более минорном звучании передает работа «Колыбель матери земли». Полуобнаженная девушка в пышной черной юбке сложила руки на груди. Этот странный жест для меня выражает ощущение близости и отстраненности. Девушка как будто ежится, чувствуя лес вокруг себя. Где заканчивается ее пространство  и начинается пространство леса? У ближайшего дерева, или прямо у обнаженной кожи? А, может быть никакого «своего» пространства не существует, человек полностью поглощен лесом как каждая травинка и живая душа его обитателей?
       
      Возможно, самая оптимистичная серия в мягких оттенках сепии – «Не сдаваться» (девушка с воздушным змеем) и «Пойманные мечты» (сказочные стрекозы, которых девушка ведет за собой на ниточках). Возможно, вместе с ними можно рассматривать и «Современную Матушку Гусыню». Все три работы выражают нежность, мечтательность и смотрят вперед. Ведь чересчур погрузившись в самоанализ можно не найти в себе силы, чтобы двигаться дальше. А эти работы дают эмоциональный заряд снова и снова запускать в небо воздушный змей своей мечты.
       
      Николь Бертон фотограф с ярко выраженным чувством цвета и композиции. Ее работы подкупают искренностью, вдумчивостью и глубиной. И, мне кажется, что все они говорят примерно об одном, о поисках чудесного в своей жизни. Но это не те чудеса, которыми легко помыкают феи и колдуньи, что могут происходить по взмаху волшебной палочки или по щелчку пальцев. Это чудеса, которые гораздо больше человека и поэтому способны его изменить.















       
    • Автор: Саша
      В прошлой статье я рассказывала о фотографии удивительного испанца Чама Мадоза и говорила об очевидной связи его работ с идеями сюрреализма.  Сегодня хочу обратить особое внимание на схожесть многих его образов с образами одного из сюрреалистов – Рене Магритта. Эта схожесть настолько бросается в глаза, что не может быть случайной. Но это и не заимствование (или, проще говоря, не воровство). Мадоз намеренно использует самые узнаваемые образы Магритта и самые важные для самого художника, но идея композиции у него совершенно другая. Он будто бы вступает в диалог с Магриттом посредством образов, продолжает или развивает его мысль. При этом фотограф создает не менее емкие символы, чем художник.  Я позволила себе собрать здесь несколько иллюстраций, где фотографии Мадоза соотнесены с картинами Магритта, к которым они обращаются в этом «диалоге без слов».  Думаю, они будут многим интересны. Но кроме картинок я хочу предложить и свои попытки подумать,  добавляет ли такое соседство новых способов понимания фотографии Мадоза.
      Рене Магритт – художник из Бельгии. Удивительно, что для мадридца Мадоза ближе оказался спокойный и отстраненный стиль Магритта, чем страстные и безумные сюжеты Сальвадора Дали.  Несмотря на несомненную принадлежность сюрреализму, Рене Магритт всегда производил впечатление одиночки. Его приемы, образы и темы не имеют практически ничего общего с живописью Дали и Макса Ернста. К тому же он весьма прохладно относился к  теоретизированию сюрреалистов по поводу психоанализа.  Магритт изображал не сны или некие порождения подсознания, а идеи, символы или даже самую что ни на есть реальную жизнь, просто увиденную с очень субъективной позиции.  Сам художник свое искусство называл даже не сюрреализмом, а «магическим реализмом».  О том, что побуждало его создавать именно такое искусство, Магритт писал так: «Мир хоть и реален, но непостижим. И основа его — часто не та, какой видится». Думаю, Чема Мадоз подписался бы под каждым словом.
      Названия картин Рене Магритта —особая грань его таланта. "Свершение невозможного", "Препятствие пустоты",  "Империя света" — поэтичные и загадочные, они редко говорят о том, что изображено на картине. Скорее, они являются еще одним произведением, дополняющим и раскрывающим живопись. "Названия выбраны таким образом, что они не дают поместить мои картины в область привычного, туда, где автоматизм мысли непременно сработает, чтобы предотвратить беспокойство", — писал Магритт.
      В 1948 году он создал картину "Вероломство образов". Она стала одной из самых обсуждаемых и спорных его картин.  На ней весьма реалистично изображена  курительная трубка, а подпись гласит: "Это не трубка".  "Эта знаменитая трубка. Как люди попрекали меня ей! И все же, вы можете набить ее табаком? Нет, это ведь всего лишь изображение, не так ли? Так что, если бы я написал под картиной: "Это трубка",- я бы солгал!" — говорил художник. Впоследствии Магритт несколько раз воспроизводил свою "не трубку" в других картинах.
      Мадоз фотографирует трубку с просверленными в ряд дырочками, что делает ее похожей на саксофон, ну или на какую-то фантастическую свирель. У него трубка тоже не совсем трубка, хотя этот эффект достигается при помощи не слов, а самого образа.  Кстати, с названиями и подписями у Мадоза своя история. Подавляющее большинство его работ на выставках носят подпись «Без названия». Здесь видна некая осознанная борьба с недоразумениями, которые могут привнести слова.
      Еще один образ, прочно ассоциирующийся с Магриттом – зеленое яблоко. После «не трубки» художник написал картину с похожим сюжетом «Это не яблоко». Яблоко кочует по многим его работам. Наиболее известная картина с яблоком – "Сын человеческий" (1964). Рене Магритт писал картину как автопортрет, где фигура мужчины символизировала современного человека, утратившего индивидуальность, но оставшегося сыном Адама, отсюда яблоко, закрывающее лицо. Яблоко не только скрывает лицо изображенного человека, но и закрывает мир от его глаз. Возможно, это о том, как надуманное и человеческое, навязанное человеку социумом, застит нам глаза и закрывает Великое и Божественное. И мы утрачиваем способность различать стремления  нашей души.  
      У Мадоза внутри яблока обнаруживается листок. И хотя этот лист, скорее всего, принадлежал некому плющу, у меня он ассоциируется с фиговым листом, которым наш праотец по библейской истории прикрывал наготу, познав стыд. Это - продолжение разговора о природе человека и его попытках отречься от своей истинной сущности.
      Самый любимый образ Мадоза в этом причудливом диалоге сквозь время – это небо Магритта. В моей подборке целых три фотографии изображают его. Небо с облаками -настолько естественный образ как для живописи, так и для фотографии, что трудно представить, как можно сделать его своей визитной карточкой. Однако, небо Магритта нельзя перепутать с чьим-то другим. Оно живет своей собственной жизнью, автономной от человеческого мира. Как в картине «Империя света», где люди до смешного старательно пытаются осветить свой мрачный мир при помощи искусственного света, в то время как над головами у них ясное полуденное небо. Мадоз, как видим, тоже любит играть с образом облака и неба. То у него в пушистое как клочок ваты облако воткнута иголка, то облако нарисовано водой, ведь что есть облако, если не вода? Самые глубокие ощущения у меня вызывает его фото с облаком в клетке. Можно сказать, что птичью клетку ему тоже подсказал Рене Магритт, который писал: «Между некоторыми образами существует тайное родство, то же самое относится и к предметам, которые отражаются в этих образах. Вот как это происходит. Мы привыкли видеть в клетке птицу; нам станет интереснее, если вместо птицы поместить туда рыбу или башмак; но эти образы, хотя и интересны, к сожалению, случайны, произвольны. Однако, можно придумать такой образ, который и это испытание выдержит, потому что будет точным и окончательным: это образ яйца в птичьей клетке…».  Кусочек неба в птичьей клетке – это тоже очень емкий образ, пожалуй, даже лучше чем яйцо, и очень в духе самого Магритта.  Человек думает достичь неба при помощи мастерства или умений, завладеть облаками, посадить их в клетку цивилизации. Но дотронуться до неба можно только сдавшись на его милость. Оставить все наносное, и в самой искренней своей глубине встретиться с истинным собой, кусочком неба, который есть в каждом из нас.
      При создании этой статьи я пользовалась цитатами из статьи Натальи Поповой «Секрет Рене Магритта» и информацией из статьи Беллы Адцеевой «Вероломство Магритта».
       








    • Автор: Саша
      Друзья, мне удалось перевести последнюю часть разговора Франка Хорвата и Жанлу Сьеффа о фотографии. Это интервью – фрагмент книги Франка Хорвата «Entre Vues», изданной в 1990 г. Если вам хоть вполовину так же интересно читать это, как мне было переводить, всем нам очень повезло. В этой части классики фотографии обсуждают природу фотографии, тот факт, что фотография увековечивает момент времени. Каждый фотограф по-своему выбирает тот самый момент, и в этом суть авторства фотографа. Сьефф признается, что фотографией хочет не столько передать зрителю какой-то месседж, сколько хочет дать некую жизнь тому, что не существует дольше одного момента.
       
      Франк Хорват: Эти две категории имеют общий знаменатель: прежде чем стать портретом или пейзажем, каждая фотография показывает момент времени.
       
      Жанлу Сьефф: Совершенно верно. И это тем более верно в пейзажной фотографии: никогда больше не будет такого освещения, таких облаков. Я делаю фотографии для того, чтобы показать то, что никогда больше не повторится, хотя я знаю, что фотография не имеет никакой ценности в качестве объективной документации.
       
      Фрэнк Хорват: Как выразился Барт, суть фотографии - свидетельство: "это было", - что делает любые сравнения её с живописью абсурдными.
       
      Жанлу Сьефф: Совершенно верно. Я хотел бы добавить: "и это никогда не повторится",  "это было", – вот что говорят мне кадры с лицами людей, которые уже умерли. Наверное, у тебя тоже такое бывало. Несколько недель назад мне позвонил молодой человек. Сначала я решил, что это - еще один помощник в поисках работы. Я получаю по десять таких звонков каждый день. И я начал говорить: "Спасибо, я не ищу помощника. Он прервал меня, сказав: «Нет, я не об этом. Я видел одну из ваших фотографий на открытке. На ней была моя мать, которая умерла семь лет назад. Если у вас есть еще ее фото, я хотел бы на них посмотреть».  Он приехал, и я дал ему снимки, которые нашел. Думаю, он повесит их на стенах своей комнаты. Он показал мне другие, - пожелтевшие и покрытые отпечатками пальцев. Его мать звали Мария Солар, конечно, ты ее помнишь. Она совершила самоубийство, возвращаясь из Довиля.
       
      Франк Хорват: Касательно свидетельства "это было", другой вопрос приходит мне на ум. Твои фото узнаваемы, благодаря некоторым эффектам: виньеткам, темным краям на небе, - манипуляциям, которые ты не скрываешь. Ты делаешь это, чтобы фото казались менее реалистичными?
       
      Жанлу Сьефф: Все началось с несчастного случая. Как у Пастера, который открыл свою вакцину, потому что забыл что-то в ящике. Меня всегда беспокоило небо на фотографиях. Оно слишком легкое. Я хотел бы видеть на фото его текстуру. Я люблю отпечатки с глубоким черным. Поэтому я хотел сделать небо более резким, используя следы, которые видны на негативе, но в печать обычно не выводятся. Но у меня не получилось, – так появилась первая виньетка. К тому же, у меня был плохой увеличитель, он рассеивал больше света в центре, и углы получались темными. Тогда я понял, что мне понравился результат. Он создал некую глубину. Получилось своего рода обрамление.
       
      Франк Хорват: Но это также вводит еще один слой времени, событие фотолаборатории, который накладывается на момент съемки. Второе свидетельство "это было".
       
      Жанлу Сьефф: Я люблю закрытые изображения, не смотря на то, что я страдаю клаустрофобией. Я закрыл небо, я закрыл углы, часто я говорю тем, кто печатает фотографии: "Будьте осторожны, чтобы зритель не убежал".  Если белое небо перетекает в белую бумагу, глаз убегает от изображения. На самом деле, зрителю нужно дать направление. Его взгляд нужно вести к горизонту, для того, чтобы охватить образ. Нельзя позволять ему убегать вправо или влево. Это как Алиса, которая проходит сквозь зеркало. Там должен быть выход, но только один.
       
      Франк Хорват: Другими словами, вы хотите быть тем, кто показывает путь. Но, не существует ли конфликта между этим методом и идеей "решающего момента?"
       
      Жанлу Сьефф: Картье-Брессон оставляет тонкую черную рамку вокруг своих кадров. Она является своего рода каркасом изображения. Он никогда не обрезает эту рамку. Но, я не всегда с ним согласен, его "решающий момент" слишком ограничен его геометрией. Однажды я сказал ему об этом. Мы говорили о фотографии, сделанной Депардоном в Ливане, когда тот бежал и уворачивался от пуль. В изображении - все то же: кажется, бежит, взрывается, дымится, - это необычный кадр. Но Анри все твердил: "Это не очень хорошая фотография". Так что я сказал: "Анри, бывают моменты, когда золотое правило не имеет значения!"  "Нет!" - ответил он, - "это геометрия, она всегда важна".
       
      Франк Хорват: Жизнь состоит из миллионов моментов, - как ты можешь определить, какой из них - "решающий"? Для Картье-Брессон решающий критерий - геометрия. Уинстон Линк, американец, который фотографировал поезда, должен был выбирать момент прибытия поезда. Геометрия кажется не хуже любого другого критерия. Уинстон Линк поставил себя в ситуацию, когда он мог сделать только одну фотографию, - в тот момент, когда мимо проносится поезд. Картье-Брессон ставит себя в рамки ряда правил, которые удерживают его от нажатия кнопки, если некие геометрические правила не выполняются. Мир может взорваться, и Картье-Брессон просто посмотрит на это, не делая фотографию, если кадр не соответствует его геометрии.
       
      Жанлу Сьефф: На самом деле я предпочитаю определение Пенна - "сохранить моменты".  Идея сохранения кажется мне глубже, чем идея «решающего момента».
       
      Франк Хорват: Это правда, что хорошая фотография не только говорит - "этот момент был", но и - "этот момент был драгоценным".
       
      Жанлу Сьефф: "Этот момент был, это было драгоценно, я почувствовал его драгоценность и я сделал этот снимок".  Это то, что мы пытаемся сказать.
       
      Париж, июнь 1987










  • Вспоминаем ранние статьи

  • Главы учебника

  • Сейчас в сети 1 пользователь, 0 анонимных, 2 гостя, 3 робота (Полный список)

    Поисковые роботы онлайн:

  • Статьи в разделах

  • Топ награжденных

    На этой неделе никто не получал наград

  • Последние сообщения форума

    • 2

      в: Разное

      @Пушкарев Вова , если поедете в Польшу, то попробуйте краковской колбаски. Вкуснее польской краковской колбасы я не кушала.  Соглашусь , лето очень располагает к путешествиям , так как в основном тепло и не нужно задумываться об теплой одежке.  Меня же в скором времени ожидает поездка на Кипр. Хочется посетить северную ее часть. Говорят, что в этой части прекрасные пляжи и много исторических достопримечательностей.  
    • 2

      в: Люди и отношения

      Думаю, что нужно прислушаться к рекомендации @Алексей Паршин . Хороший выход из ситуации. 
    • 4

      в: Люди и отношения

      Думаю, что "Плюшкин" живет в каждом у кого-то  в большей степени, у кого-то в меньшей. Всегда есть вещи, которые жалко выбросить, с надеждой на то , что они когда-нибудь пригодятся. 
    • 62

      в: Юмор

      Вороне как то Бог послал бутылку виски....
      На ель Ворона взгромоздясь,
      Бухнуть уж было собралась...
      Невдалеке скривив (Слово удалено системой)
      Лисица с бодуна страдала...
      За пивом сбегать - мочи нет
      Башка трещит как драндулет.
      Тем временем лесная птица...
      Ворона... дьявола сестрица,
      Плеснула в стопку вискаря - 
      Духан пошёл - ну н-й, Зайка, прости за грубость!
      Лиса своим похмельным нюхом, а также ахрененным слухом
      Допетрила,что...ё-маё
      Бухают где-то без неё!!!
      Ворона стопку заглотила...
      Иголкой хвойной закусила...
      Спирт тут же вдарил по мозгам...
      Всё холодись...тарам-парам!
      На запах и на звон бокала Алкашка рыжая бежала...
      Ворона уже в хлам бухая,
      Бутылка рядышком пустая...
      Домой пошла... но вдруг споткнулась....
      К ногам лисицы наебнулась.
      -Ты ахуела, животина?
      Пернатая ты (что за наезд?)...скотина!
      В одно лицо пузырь сожрать?
      Ну всё! Готовься к смерти... мать!
      -Лиса - паскуда не губи... 
      с статьей расстрельной погоди...
      Но у Кумы был свой ответ,
      щелчок зубами - птички нет. Мораль - как песня у дрозда
      Кто пьет один - тому п-да!!!
    • 7

      в: Люди и отношения

      Ну если он дурень, то почему нет, они же явно пропивают, так бери, пока есть возможность, пригодится в хозяйстве за дешман то, че не взять, я беру и всем советую, правда то на чем спишь, с чего ешь, нежелательно, да и лучше водичкой святой помыть.
    • 3

      в: Разное

      Если сильно устал и ничего делать не хочется - могу просто "упасть" на кровать и смотреть спортивные трансляции. Но в свободное время слушаю музыку, а если руки доходят, то беру гитару и играю. До сих пор не жалею, что мне ее купили, обожаю этот инструмент. Также могу потаскать гантели.
    • 2

      в: Разное

      По всякому бывает, случается что интернет знакомства приводят к романтическим отношениям, бывает так , от нечего делать проводят время в переписке, бывает и сексуальные извращенцы ищут таким способом развлечений, а бывают это знакомство перерастает просто в дружбу. Все зависит от человека по ту сторону экрана, что он хочет и что ищет. У меня лично так появилось три друга, мы раньше совсем не знали друг друга, сейчас хорошо общаемся смс сообщениями и в видеосвязи, делимся интересами, поздравляем с праздниками друг друга. Мне приятно и интересно общаться с этими людьми.
    • 3

      в: Разное

      Не надо сразу же думать о плохом, вы же знаете, что наши мысли материальны. Какую машину покупать, решить можете только вы на семейном совете. Ну, а по поводу старенькой и подержанной скажу, мой сын тоже купил такую, а потом несколько раз попадал в аварию, оказалось, что купленная машина и до него была в аварии, получилось так, что эта машина несет как бы черную энергетику. Потом сын и сам продал её.
    • 6

      в: Разное

      Баррэ, до сих пор не могу брать! Пальцы не стоят! Сколько не учился не получается! Так и играю на трех аккордах! Для баррэ нужно долго тренировать пальцы! Только долгие тренировки могут помощь! Мне хватает и трех блатных аккорда!   
  • Сообщество в Facebook